Пилоты сгоревшего в Шереметьево SSJ-100 действовали по инструкции, но самолет не подчинялся

15.06.2019 | 22:07 В России

Межгосударственный авиационный комитет (МАК) представил предварительный отчет по итогам изучения обстоятельств катастрофы самолета Sukhoi Superjet 100 в Шереметьево в Москве 5 мая. Эксперты зафиксировали факт отказа большинства систем в связи с неоднократными ударами молнии в фюзеляж. Летчикам пришлось управлять лайнером в ручном режиме. Однако они действовали строго по инструкции и оперативно реагировали на стремительно меняющиеся условия, — уточняют эксперты.

Отмечается, что летчики хотели уйти на второй круг после второго касания полосы, но многочисленные сбои в системе вынудили их продолжить посадку воздушного судна. При этом уже после первого касания стойки шасси были существенно повреждены, а второе привело к их быстрому разрушению.

В интервью Ъ летчик первого класса, действующий пилот Андрей Литвинов сказал, что доклад МАК оставляет много вопросов как раз к самолету: «После того, как ударила молния, повылетало все что может повылетать. Совершить мягкую посадку при таком отказе достаточно сложно. Проанализировав заключение МАК, мы видим, что экипаж очень логично действовал: после первого касания они включили реверс, то есть торможение двигателями, но после отделения самолета от полосы, так как обжатие стоек шасси нет, реверс не полностью открылся, и, когда они попытались уйти на второй круг уже после второго касания, у них не хватило тяги двигателя».

В отчете МАК также не исключается вероятность того, что имела место полная или частичная потеря управления двигателями. В планы комиссии входит изучение этого вопросы за счет исследования компьютеров управления двигателями (DECU).

Эксперты считают, что надо проверить конструкцию топливного бака. Пожар охватил всю заднюю часть самолета — это результат того, что вытекло топливо. «При грубой посадке не подразумевается, что так должно происходить. У нас садились самолеты, когда шасси забыли выпустить, но при этом он не вспыхивал и не загорался. Здесь вопросы к конструкторам и к сертификации», — говорит Андрей Литвинов.